Еда — самая первая метафора любви, самые первые отношения, которые строит родившийся человек.

Книга «Интуитивное питание» Светланы Бронниковой

Прошлое & Настоящее: перезагрузка. Дежурный терапевт Светлана Бронникова. Выпуск от 03.05.2018

Мы живем, все время накапливая багаж. В нем наши знания, наш опыт, наше представление о мире, наше прожитое, все, что произвело на нас впечатление. Хорошее и плохое. И так уж мы устроены, что раны от обид плохо заживают и открываются снова и снова от малейшего повода. Мамино «криворучка», смех одноклассников на физкультуре, презрительный мазнувший взгляд, кривое зеркало в магазине, невнятный отказ при приеме на работу — и стыд, жгучий стыд, что ты «недостойна». Все это — наше представление о себе, с которым мы переходим изо дня в день, не задумываясь.

Как разделить прошлое и реальность, увидеть себя по-новому, как совершить перезагрузку — рассказывает Дежурный терапевт Светлана Бронникова.

Итак, сегодня мы говорим на очень специальную тему. Мы говорим о том, как маленькие события жизни становятся событиями, которые определяют нашу идентичность, определяют то, какими мы себя чувствуем впоследствии. Кто из нас не переживал чего-то подобного?

Например, очень часто бывает, что в детстве родственники, близкие делают какие-то замечания о том, как мы выглядим, как мы двигаемся, как мы учимся, как мы думаем. Эти замечания, может быть, даже не имеют цели нас обидеть. Они имеют цель привлечь внимание родителей, или, может быть, мотивировать нас делать что-то лучше. Однако звучит это как категоричные критические оценки. «Тупая», «неряха», «жирная»…

Мы не замечаем, как эти фразы, как эти обидные «безобидные» выражения становятся тем, что мы несем потом на протяжении всей жизни как какое-то центральное, определяющее «то, кем я являюсь» высказывание.

Может быть, я мать троих детей, может быть, я прекрасный специалист, замечательная жена, чудесная подруга, но, в первую очередь, я – жирная. Может быть, я отличный инженер, может быть, я играю в хоккей на траве, собираю редкие спичечные коробки, замечательный хозяин своей собаки, но, в первую очередь, я – тупой.

Когда я начинала изучать травму, я занималась последствиями сексуального насилия для людей, которые пережили этот опыт в детстве, и я обнаружила исследования, которые меня поразили. Они показывали, что не существует никаких универсальных критериев травмы, не существует никакого универсального списка событий, пережив которые все люди без исключения получат одинаковую травму. На самом деле травма — вещь сугубо индивидуальная. И это логично, мы все разные, одни из нас более толстокожие, другие более чувствительные, то, что для одного проходит абсолютно незамеченным, для другого становится центральным переживанием и тем, что в дальнейшем ключевым образом определяет его идентичность. И если это событие действительно травматическое, если оно переживается как драма, то никто не имеет права сказать вам: «Какая ерунда, не обращай внимания. Забей. Забудь об этом.»

Проблема в том, что об этом невозможно забыть.

И сейчас мы с вами поговорим о том, что же со всем этим можно сделать. Потому что может сложиться впечатление, что если такое событие произошло, то поправить уже ничего нельзя.

И здесь, справедливости ради, мне хочется сказать, что люди которые говорят нам эти вещи, далеко не всегда говорят их действительно из желания нас повредить. Это происходит нечаянно, случайно. Иногда это становится результатом собственных травм. И тогда возникает вопрос, уже у нас с вами, если человека бывает так легко травмировать, как мне не травмировать собственного ребенка. Становится страшно сказать ребенку лишнее слово. Так вот, для того, чтобы мы понимали, что можно делать с этими событиями, и как можно обратить время вспять, мы и будем сегодня разговаривать в эфире.

Итак, как известно фарш не возможно провернуть назад, очень сложно оказывается изменить то, что запечатлелось в мозгу, как будто высечено каленым железом.

Что же все-таки произошло? Что же такое травма?

Сегодня мы знаем из результатов исследований нейронаук, что травма меняет мозг. Травма в буквальном смысле изменяет вещество мозга, делая определенные зоны более активными, более чувствительными. В этой зоне очень быстро образуются нейронные связи.

Фактически травма — это такое событие, в результате которого нейронная связь образовалась мгновенно.

Обычно для того, чтобы нейронная цепочка выстроилась, нам нужна какая то последовательность событий: нам нужно в незнакомом месте несколько раз дойти до магазина и купить там продукты, чтобы запомнить дорогу и уже идти туда с закрытыми глазами. В ситуации травмы нейронная связь возникает мгновенно. Возникает событие, сильная реакция на событие, сильное переживание, и — опа! — вы на событие такого типа будете всегда реагировать именно таким образом. Страхом, слезами, отчаяньем.

Давайте сначала разберемся, что за травма лично у вас. Прямо сейчас.

Чтобы понять, какие травматические события прошлого определили вашу идентичность, нужно сделать простое упражнение. Вспомните, пожалуйста, что в первую очередь приходит вам в голову, какая собственная негативная оценка появляется у вас в голове, когда вы находитесь в высокострессовой ситуации:
— вы должны выступать на публике и вы волнуетесь,
— вы должны сдавать важный экзамен,
— вы проходите собеседование для приема на работу,
— вы приходите на вечеринку, где вы почти никого не знаете,
— вы идете на свидание в первый раз.
Вы чувствуете себя как?

Вот в эти моменты, в эти моменты неуверенности и высокого стресса, в первую очередь, всплывают те негативные оценки, которые определяют нашу идентичность. Кто-то чувствует себя жирным, кто-то чувствует себя глупым. Лично я чувствую себя очень неловко. Дело в том, что я родилась у своих родителей недоношенной, восьмимесячной, и у таких детей есть довольно распространенная особенность — они потом неврологически немножечко отстают от других детей. То есть у них длительное время сохраняются неврологические знаки, которые не являются признаками расстройства, но, тем не менее, немножечко нарушают их функционирование. Такой была и я, я все время падала, я все роняла, я была всегда ребенок с двумя левыми руками. И, собственно, из опыта детства, из опыта критических замечаний моих близких я усвоила, что я неловкая. Поэтому, если я нахожусь в высокострессовой ситуации, я, в первую очередь, ощущаю себя неловкой, я ощущаю себя слоном в посудной лавке, я ощущаю себя человеком, который обязательно сейчас что-нибудь разобьет, что-нибудь столкнет, что-нибудь уронит. И очень часто так и происходит.

Потому что особенность травмы в том, что она в дальнейшем превращается в то, что психологи называют «самосбывающиеся предсказания».

Я сам себе предсказываю то, что произойдет, и сам себя программирую на то, что это произойдет. Если я все время боюсь, что я неловкая и что-нибудь сейчас столкну со стола и уроню, в какой то момент это действительно происходит, в какой то момент мои движения становятся слишком неловкими, слишком опасными для того, что стоит на столе. И это происходит. Если я ужасно боюсь споткнуться — скорее всего, это произойдет. Если я ужасно боюсь, что я толстая — я с высокой вероятностью буду продолжать поправляться. Если я очень боюсь, что я тупой, то я перестану вообще пытаться думать, соображать, решать какие то задачи, которые кидают вызов моему интеллекту, потому что я тупой, я все равно не справлюсь. И я подтверждаю себе: да, я не справлюсь, да, я неловкая, да, я толстая.

Посмотрите, пожалуйста сейчас на то, какие ощущения от себя самого, самой у вас всплывают в таких сложных, стрессовых ситуациях. Скорее всего, это и есть та травма, о которой мы будем говорить сегодня. Это и есть та зона в вашем мозгу, которая продолжает быть активной, несмотря на то, что событие, которое запустило это, произошло, может быть, двадцать, может быть, тридцать лет назад. И, конечно, повернуть событие вспять очень сложно. Но мы можем сделать многое для того, чтобы ослабить эту нейронную связь. А вот как это сделать — мы и будем дальше говорить.

Травма, в принципе, это очень простая вещь, как я уже сказала, травма — есть не что иное, как нейронная цепочка, цепочка передачи нейронных импульсов, которая возникла в мозгу в результате определенного, очень сильно интенсивно переживаемого нами события. Если реакция на событие была сильной, то с высокой вероятностью эта реакция будет потом воспроизводиться на все похожие события. Простейший пример: вы выходите на улицу и на вас из-за угла кидается большая черная собака. Вы пугаетесь, собака кидается на вас, может быть, лает, может быть, хочет поставить лапы вам на одежду. От неожиданности вы пугаетесь, и в этот момент происходит закрепление формирования этой нейронной цепочки — вы оказываетесь человеком, который с этого момента боится больших черных собак, и собак вообще.

Так же работает любая история про травму. Для того чтобы травма состоялась, мы должны быть в особом состоянии, которое называется сенситивное состояние, состояние повышенной чувствительности к данному виду стимулов. Может быть, в тот день, когда пожилая, доброжелательно настроенная родственница сказала: «Милочка, что-то она у тебя какая-то толстая, перекармливаешь ты дочь.» И мы это услышали. И на всю жизнь сочли себя полными. Может быть, в этот день мы себя как-то особенно физически ощущали. Мы не знаем, каким образом наступает сенситивность к травматическому событию. Мы просто знаем: чтобы это произошло, мы должны быть чувствительны.

Предотвратить это довольно сложно. То есть наша задача упрощается, нам нужно не простить пожилую родственницу, которая двадцать лет как умерла, и которую я не точно помню, как зовут, где она жила и как она выглядела. Это то, чем часто занимаются «псевдопсихологи», когда пытаются помочь травмированным людям — простить, принять на себя ответственность за произошедшее. Вы не должны принимать на себя ответственность за то, что кто-то вам нахамил. Вы не должны принимать на себя ответственность за то, что вас оскорбили, унизили, назвали тупой, назвали жирной, назвали уродиной. Не делайте этого. Не берите себе того, что вам не принадлежит. Брать чужое не хорошо. Отдайте эту ответственность тем людям, которые это сделали, даже если их нет уже в живых. Возьмите себе то, что вы можете сделать.

Вы можете эту нейронную связь если не уничтожить совсем (это довольно сложно), то очень сильно ослабить.

После того, как мы переживаем травматическое событие и такая связь образуется, начинается формирование того, что в когнитивно-бихевиоральной терапии называется «автоматические мысли». Мысли, которые возникают сами по себе, без моих усилий, без какого либо труда, иногда даже без какого либо внешнего стимула. Это означает, что если в сенситивный момент, в пятилетнем возрасте кто-то сказал мне, что я толстая, в любой стрессовой ситуации я буду не только чувствовать себя толстой, я буду думать: боже мой, я жирная! И это автоматическая мысль. И чем больше я буду пытаться затолкать ее поглубже, каким-то образом ее обезглавить, тем больше голов будет у этого дракона вырастать, и тем громче и яростнее он будет кричать: жирная, жирная, жирная.

Что нужно с этим сделать. Опять-таки, после того как мы знаем, в чем проблема, давайте ее опишем. Выпишите на листок бумаги все автоматические мысли, которые возникают вокруг травмы. Мое переживание «я неловкая» связано с большим количеством автоматических мыслей, которые могут у меня легко возникнуть, только дай я им повод. Например, «я все роняю», «я обязательно разобью этот бокал», «я обязательно пролью суп», «я уроню ложку прямо в суп и забрызгаю соседей». И все эти мысли возникают у меня в стрессовой ситуации, когда я оказываюсь в очень пафосном ресторане, в официальной ситуации, где нужно есть непременно с салфеткой, ножом и вилкой, практически не разжимая губ. Так и у вас. В какой то стрессовой ситуации возникают разные мысли, которые как-то связаны с определением «я толстая»: «я не влезаю ни в одну одежду», «надо мной смеются продавщицы в магазине», «я нигде не могу себе найти одежду по размеру», «я выгляжу как шар», «у меня ужасные складки на животе, спине, боках, где угодно». Все эти страшные мысли, которых вы боитесь и все равно думаете, выпишите, пожалуйста, одну за другой, последовательно, в списочек, в блокнотик.

После того, как вы это сделаете, начинается основное, начинается настоящая работа. А именно: к каждой из этих мыслей нужно будет подобрать опровержение.

Опровержение, которое исходит из одной только вещи, которую в этой ситуации вы можете себе позволить, только одна вещь спасает нас от травмы — это факты. То, что мы делаем в диалектико-бихевиоральной терапии называется «проверка фактов», и этому мы учим, в частности, на группах диалектико-бихевиоральной терапии у нас в Центре.

Итак, проверяем факты:
— «Я не влезаю ни в одну одежду» — это факт? Нет. «Я не влезаю ни в одну одежду в моем шкафу» — вот это факт. И если в моем шкафу я не влезаю ни в одну одежду, значит, мне нужен другой гардероб. Мне в этом шкафу нужна одежда, в которую я помещаюсь, нужна одежда моего размера.
И тогда мы пишем: «Я не влезаю ни в одну одежду в моем шкафу, потому что я не меняла гардероб последние пять лет. Те пять лет, за которые я возможно поправилась. Имею право.»

Далее.
— «Продавщицы в магазине смеются надо мной.» Вот это автоматическая мысль, которую очень сложно проверить, потому что, на самом деле, чаще всего нам кажется, что другие люди смотрят на нас, думают о нас, занимаются нами в своей голове. На самом деле, они занимаются собой. Задача продавца вам что-то продать, и у вас есть два варианта действия в этом случае. Если вы абсолютно уверены, что продавец смеется над вами, я вас очень прошу, вызовите, пожалуйста, менеджера и пожалуйтесь на этого продавца. Я уверяю вас, что в любом адекватном магазине правы будете вы, а не продавец. И вот когда вы сейчас у себя в голове представили, что вызываете менеджера и жалуетесь на продавца, подумайте: действительно ли он над вами смеется или вам это только кажется.
И тогда рядом с этим утверждением, с этой автоматической мыслью вы пишете опровержение: «Мне кажется — или, если еще точнее — я боюсь, что продавцы смеются надо мной в магазине». И, кстати, выберите те магазины, где действительно доброжелательные продавцы. Это важно для вашего душевного спокойствия, для того, чтобы вы чувствовали себя хорошо.

— «Я не могу найти одежду подходящего размера.» Одежду, которая сидит хорошо на любом теле, найти в принципе трудно. Массмаркетовская одежда, такая как H&M, ZARA и другие известные бренды, это одежда, которая шьется не на «живых» людей, она шьется на манекены, без каких-либо объемов, без каких-либо отступлений от стандартов. Поэтому, переформулируя эту автоматическую мысль, я могу сказать: «Мне сложно найти бренды одежды, которые бы подходили мне, моей фигуре, ну что же поделать, как говорил герой в известном фильме — «будем искать». И тогда задача становится простой, не «о, боже мой, мне что-то нужно сделать с моим телом, потому что я не влезаю ни в одну одежду», а «мне нужно найти тот бренд, который шьет для меня». У меня есть такая собственная, тайная теория, что на самом деле в мире же очень много разных брендов: крупных и маленьких, таких очень частных, почти семейных, и более массивных, которые интернациональную популярность завоевали. В этом море брендов есть люди, которые кроили и шили свою одежду, делали лекала, имея в виду фигуру, похожую на мою.

Приведу вам вот какой пример. В Голландии, как известно есть король, Виллем-Александр, он женат на дочери опального аргентинского министра Максиме, которая уже некоторое время царствующая королева. Королева Максима — женщина безусловно не толстая, но крупная, она высокая, у нее широкие плечи, широкие бедра, она не маленького женского размера. И когда выбирался бренд, который будет королеву одевать, был выбран, естественно, голландский бренд, это очень известный голландский бренд, очень уважаемый и почетный. После того, как они стали шить на королеву, они стали демонстрировать свою одежду на моделях, фигура которых напоминает королевскую и даже немножко крупнее. Теперь это один из немногих абсолютно люксовых брендов одежды, которые демонстрируют одежду на крупных, статных, высоких, широкоплечих, широкобедрых женщинах, у которых есть грудь, живот и другие атрибуты нормального женского тела.

Соответственно, где-то в мире есть бренд, который шьет не только на худосочных, юных, с телами, лишенными каких-либо недостатков, а на нас с вами, обычных женщин. Соответственно, задача становится простой, надо просто искать.

То же самое мы делаем, если наши автоматические мысли касаются других категорий переживания: «я тупая», «я бездарная», «я никогда ничего не добьюсь».

У нас не очень много вопросов, видимо в связи с праздниками. Но я получила одно письмо, анонимное, читая которое, я, честно говоря, едва не плакала. Настолько оно искреннее, глубокое, написанное теплым, очень чувствительным человеком. Это письмо девушки или женщины, я не знаю возраста, которая рассказывала свою историю о том, как она училась оперному пению. И о том, как известная оперная певица, ее преподавательница, чудовищным образом унижала ее. Это письмо я читала с огромным сочувствием еще и потому, что (так получилось в моей жизни) я соприкоснулась с миром Государственной консерватории, которая находится в Москве, очень тесно. И одно время очень плотно общалась с преподавателями оттуда, с именитыми преподавателями. И я, к сожалению, отдаю себе отчет в том, насколько вообще травматичным является обучение музыке в России. Насколько оно агрессивное, унижающее учеников, унижающее их человеческое достоинство. Учиться классической музыке в России и не быть травмированным — мне кажется практически невозможно. И это была как раз история, где человек абсолютно перестал верить в свой талант, потому что ему постоянно говорили, что он некрасив, не хорош собой и поэтому фактически не имеет права находится на сцене.

Справляться с такой глубокой травмой, когда это не разовое высказывание, а много-много лет, конечно, намного сложнее. Тут не обойдешься просто списком мыслей, здесь, конечно, нужна психотерапия, и, возможно, достаточно длительная. И целью этой психотерапии очень важно сделать восстановление собственного достоинства.

И каким образом мы восстанавливаем собственное достоинство, после того как нас много лет унижали, оскорбляли, может быть, даже били? Это начинается с вещи, которую очень трудно сделать любому из моих клиентов, любому участнику наших групп — это сочувствие к себе. Мы начинаем с того, что мы говорим себе: «Господи, да что же это со мной делали все это время? Да это же не преподаватель, это монстр какой-то! Я же была девочкой!»

Я не знаю вас, уважаемая автор письма, вы не подписались, но мне очень хочется вам сказать, что вы были очень юной, фактически маленькой девочкой, которая хотела петь. И человек который делал это с вами, ваша преподавательница — абьюзер, насильник. Она не имела ни какого морального права с вами это делать, она вами злоупотребила. И теперь ваша задача отдать ей ответственность за это. Не искать в себе причину: «Да, это я уродливая, поэтому она меня ненавидела». Она ненавидела вас, потому что, вероятно, была не очень психически здоровым и счастливым человеком. А себе забрать ту часть ответственности, которая принадлежит вам. А ваша ответственность сейчас посочувствовать не себе даже текущей, а себе двадцать или пятнадцать, или десять лет назад. И сказать себе той: «Миленькая моя, как же тебе тяжело, как же жалко, что ты не бросила все и не ушла оттуда пешком, к другому преподавателю, в другую музыкальную школу, в другой город, куда угодно».

И как же жалко, вы писали об этом, что рядом не оказалось никого, чтобы вас защитить. Что родители не увидели в этом ничего криминального и не помогли вам, не поддержали вас. Это еще одна проблема, это еще одна история, которая углубляет травму. Когда мы маленькие, когда нас обижают, когда нам причиняют душевную боль, и мы не можем обратиться ни к кому, мы не можем никому выплакаться, и никто не побежит нас защищать. И если это произошло, то история про сочувствие к себе становится архиважной.

Сделайте следующее упражнение, его можно делать как медитацию, можно делать просто как упражнение. Сядьте с собой в уютном, теплом, тихом помещении. Представьте себе себя визуально в тот период времени, вам пять лет, двенадцать, восемнадцать, двадцать пять, неважно. И вот происходит это событие, и вы не можете этого изменить, оно все равно уже произошло, оно уже в вашем прошлом. Но то, что вы можете сделать, вы можете посочувствовать, вы можете обратиться к себе пятилетней, восемнадцати-, двадцатипятилетней и сказать: «Господи, как же мне тебя жалко. Маленькая моя, иди скорее ко мне на ручки. Иди, я тебя пожалею. Хотя бы поплачь у меня на плече». И поплакать о себе той, которая не смогла защититься, не смогла себе помочь, которой некому было помочь и некому было спасти.

Если вы сделаете практику сочувствия к себе регулярной, то вы обнаружите, что эта нейронная связь стала ослабевать, что вам уже не так просто взять и ненавидеть себя за то, что с вами сделали другие люди. Вы перестали брать на себя всю ответственность за ту боль, которую причинили вам другие. Вы перестали стараться их простить. Потому что — я скажу вам одну великую психотерапевтическую тайну, только никому не рассказывайте — вы абсолютно не обязаны никого прощать. Если кто-то причинил вам боль, разрушил вашу жизнь, унизил вас, оскорбил. И вы понимаете, что в вашем внутреннем пространстве нет места для прощения этого человека, вы имеете право его не прощать. Запомните пожалуйста, это очень важно. И те люди, в том числе специалисты, которые будут вам говорить, что вы обязаны это сделать, наверное не очень хорошие специалисты.

Я надеюсь, что уже в самом скором будущем, надеюсь, что уже после этого лета, мы в Центре запустим группы, которые будут посвящены абсолютно новому и очень перспективному методу психотерапии, психотерапии, основанной на сострадании. Мы будем обучать людей сочувствовать себе и своему телу и таким образом исцеляться от ненависти к себе. А пока я хочу обратить ваше внимание на то, что если у вас не получается справится с травмой самостоятельно, помощь рядом, мы здесь, мы на расстоянии телефонного звонка или электронного письма. И уже сегодня вы можете оставить заявку на наши группы диалектико-бихевиоральной терапии (эмоциональной регуляции), где мы научим вас справляться со стыдом, гневом, ревностью, завистью и многими другими негативными эмоциями. Мы научим вас не прятать их, а делать их подконтрольными, делать их регулируемыми, делать их более спокойными. Вы можете записаться на группы Осознанного и Интуитивного питания, где мы тоже очень много говорим о любви, сочувствии и сострадании к себе. Можете записаться на индивидуальные консультации к нам. Приходите. Мы будем вам очень рады. Я надеюсь, сегодняшний выпуск был вам полезен, и я желаю вам продолжения теплых, веселых майских праздников. Надеюсь, что весна началась в тех местах, где вы находитесь.

 

Похожие статьи:

Люди с тонкой кожей: феномен гиперчувствительности

Мама, мы в аду (но это не точно)

Какой метод терапии помогает при проблемах с едой

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *