Еда — самая первая метафора любви, самые первые отношения, которые строит родившийся человек.

Книга «Интуитивное питание» Светланы Бронниковой

Текст прямого эфира Светланы Бронниковой «Сколько сладкого можно ребенку?»

Ребенок не ест обычную еду, а потом переедает сладкое? Личная полка привела к тому, что он питается одними конфетами? Как не запрещать сладкое, но защитить детские зубы от кариеса? На вопросы о месте сахара в структуре детского питания отвечает Светлана Бронникова.

Сегодня мы будем обсуждать, почему дети едят не так, как нам бы хотелось, и как сделать так, чтобы они полноценно питались. Потому что, как совершенно справедливо заметил Даниил Хармс, «Убивать детей нельзя, но надо же с ними что-то делать».

Вопросы, с которыми к нам чаще всего обращаются родители, можно условно разделить на две большие группы. Первая группа – «Мой ребенок стремительно полнеет и сильно переедает. Что мне с этим делать?». Вторая группа вопросов – «Мой ребенок ничего не ест. Он очень худой. Он ест не то, что я считаю нужным для него». Однако у этих двух групп проблем корень один и тот же. Это наши пищевые представления, пищевые традиции, те привычки, которые мы транслируем в питание ребенка, и те ожидания, которые мы передаем ребенку относительно того, как именно он должен есть.

Принуждение или вседозволенность?

Чтобы справиться с этими мучительными проблемами детского питания, родители чаще всего прибегают к двум стратегиям, но ни одна из них не является правильной. Первая – ограничения и пищевое принуждение. Как только родители начинают принуждать ребенка есть что-то «правильное» и ограничивать его в «неправильном», моментально возникает «ситуация наоборот»: ребенок начинает стремиться есть то, что ему запрещают, и наотрез отказывается есть то, что ему «продают» как правильное. Поэтому этот способ бесполезен.

Вторая стратегия, с которой мы часто сталкиваемся, имея дело с нарушением питания детей, это стратегия вседозволенности: ребенок еду найдет, пусть ест все, что хочет, давайте откроем шкафы и холодильники и не будем создавать никакой структуры.

На самом деле стратегия питания детей должна включать два основных момента. В ней не должно быть принуждения и должна быть структура. Когда это впервые говоришь родителям, они недоумевают. По их представлениям, можно либо заставлять есть, либо не заставлять. Наша задача не заставить есть ребенка, не поместить в него еду. Наша задача – предоставить ему возможность не просто поесть, а дать ему возможность научиться есть.

В современной культуре пищевого изобилия это довольно непростая задача, потому что, чтобы научиться есть, нужно научиться пробовать разную еду. Прислушиваться к сигналам собственного тела и понимать, какая еда нравится, а какая не подходит. Регулировать собственный уровень голода и насыщения так, чтобы можно было потом в течение всей жизни адекватно себя кормить.

Взрослые, которые обращаются в Центр с теми или иными расстройствами пищевого поведения, объединены одной проблемой: они не умеют себя кормить. Они очень много знают про еду, про правильное и неправильное питание, но они не знают, когда, в каком объеме и что именно стоило бы съесть. Многие люди даже не знают, какая еда им на самом деле нравится. Для того чтобы этого не происходило со взрослым человеком, нужно начинать с детства.

Итак, два основных принципа, на которые мы опираемся – создать структуру и не использовать принуждений. Если вы ограничиваете ребенка в печенье и заставляете его съесть морковку, это переживается ребенком как пищевое насилие. Я не люблю использовать это словосочетание, поскольку оно очень эмоционально насыщенно, но каждый раз, когда мы говорим: «Ешь быстрее! Ешь всю кашу, оставь второе печенье!», мы используем пищевое принуждение. Ребенок всегда реагирует на это с помощью протеста: отказа есть то, что нас устраивает, и попыток съесть как можно больше того, что мы не хотели бы, чтобы он ел.

Принцип разделенной ответственности в детском питании

В том подходе, который мы используем в программе «План питания для детей», мы опираемся на две очень мощные доказательные теоретические базы, которые подкреплены десятками исследований. Это нутрициологический и диетологический подход британской клиники Модсли и американский подход, который исповедует американский нутрициолог и диетолог Эллин Саттер.

В нашем подходе мы используем принцип разделенной ответственности в питании. Наша задача как родителей – предложить ребенку адекватную еду. Заработать на нее, купить, приготовить, поставить на стол – на этом наша задача заканчивается. Положить еду в ребенка не наша задача. Ребенок справится с ней сам. Для того чтобы он мог с ней справиться, его нужно оставить в покое.

Таким образом, мы решаем, в котором часу и какую еду подать на стол. Ребенок решает, сколько этой еды можно съесть и есть ли ее вообще.

Я уже неоднократно говорила, что принцип разделенной ответственности в первую очередь решает одну из самых сложных задач. Это задача – снижение родительской тревоги. Вы выполнили свою работу, выполнили ее хорошо, можно больше не беспокоиться. Ребенок выполняет свою задачу: решает, что и как ему нужно съесть.

Мы используем подход, в котором предлагаем родителям кормить детей на основе схемы 3х3. Это три перекуса, три основных приема пищи и трехчасовые перерывы между каждым приемом пищи. Мы стараемся максимально адекватно и гибко приспособить эту схему к образу жизни ребенка, к его школьному расписанию, образу жизни в детском саду.

Чтобы вы и ребенок понимали, что его ждет в плане питания на неделю, было бы здорово планировать детское меню на неделю. Какие именно блюда и какой состав белков, жиров, углеводов и клетчатки, молочных продуктов будет на ужин, хорошо бы представлять заранее. Это позволит планировать детскую еду и даст возможность предложить ребенку как можно больше составляющих пищевой пирамиды. Ребенок из этих составляющих выбирает и съедает то, что он хочет, в том количестве, сколько он может и хочет.

Почему нельзя запретить сладкое?

Еще один важный принцип, на который мы опираемся, воспринимается родителями болезненнее всего — он связан со сладким. Я встречала различные точки зрения относительно этого вопроса. Что детям вплоть до 25 лет нельзя давать сладкое, т.к. дети и сладкое несовместимы. Что если уж давать сладкое, то исключительно натуральное, хотя, что такое «натуральное сладкое» — это тоже большой вопрос. Если давать конфеты, то в ограниченном количестве.

На самом деле ни один из этих подходов не срабатывает по очень простой причине. Мы живем в мире, в котором мы стремительно теряем контроль над тем, что и сколько ребенок ест. В три года он идет в детский сад и большую часть дня питается вне дома. В семь лет ребенок отправляется в школу и снова питается не дома. В десять лет у него появляются первые карманные деньги, и вот тут мы совсем теряем контроль над тем, что ребенок может купить и съесть. Именно поэтому так важно вместо того, чтобы все раннее детство ограничивать ребенка в «ужасном сахаре», учить его с ним взаимодействовать.

Рано или поздно ребенок попадет в мир, где сахар его окружает, и что он будет делать, если не знает, как с ним обращаться? Он попробует и обнаружит, что сахар – это источник быстрой энергии, а кроме того, это очень вкусно, и что эту страшную правду скрывали от него на протяжении всей его маленькой жизни. Поэтому нужно как можно больше этого сладкого съесть прямо сейчас.

И вот тут начинаются препубертатные зажоры, пубертатные приступы переедания, с которыми родители опять-таки обращаются к нам или в организации, подобные нашей. Если мы хотим научить ребенка взаимодействовать со сладким, оно должно быть в доступе.

Пока ребенок находится в верхней границе нормы графика соотношения роста и веса для его возраста, проблем с весом нет – вес снижать не надо. Это те самые дети, которые в ширину растут немножко быстрее, чем в длину. Это те самые дети, которые в препубертате и пубертате начинают активно вытягиваться и приобретают астеническое телосложение, если их метаболизм не уничтожен диетой и ограничениями, если с помощью диет у них не развили приступы переедания, когда ребенок начинает есть очень много сладостей и действительно набирает вес.

Если у ребенка нет никаких проблем с лишним весом, он может получать десерт как компонент каждого приема пищи: в завтрак, обед и ужин. В том числе, он может использовать сладости (пряники, печенье, конфеты) в качестве перекуса. Такая система отличается от ограничений, потому что мы не говорим: «Тебе нельзя», мы говорим: «Пожалуйста, подожди еще два часа. Твой следующий прием пищи через два часа. У тебя будет перекус, и ты сможешь съесть печенье». Это не ограничение, это – структура. И дети очень легко на нее реагируют, потому что для них появляются ясные границы, и они понимают, когда и при каких условиях они могут получить сладкое.

С другой стороны, мы уходим от ситуации вседозволенности, когда мы предлагаем открытый шкаф, полный конфет и печенья. Вы можете возразить, что Интуитивное питание подразумевает, что у ребенка будет столько сладкого, сколько он захочет. И вот здесь я хочу отметить одну важную вещь. Если мы говорим о детях, у которых нет никаких признаков расстроенного питания, которые не переедают, не увлекаются сладостями, которые едят и обычную еду, и сладости, тогда с этим ребенком все в порядке, его можно не ограничивать. Можно дать ему полку, он будет структурировать себя сам.

Но сейчас мы видим, что предыдущее поколение родителей чрезвычайно сильно увлеклось диетами и похудением. Как следствие, мы рожаем детей, у которых изначально питание – уязвимая сторона. Они генетически предрасположены к тому, чтобы быть детьми, которые переедают. Это происходит за счет интересного феномена, который называется «экспрессия генов». Признаки, которые сформировались в тех или иных условиях у одного поколения, генетически передаются следующему. И то, что приступообразное переедание может передаваться следующему поколению, уже сегодня подтверждено опытами, которые были проведены на мышах. Мы можем предполагать, что если мама или папа прошли большой путь диет, похудения, борьбы со своим питанием, есть или были приступы переедания, есть вероятность, что у детей они будут. Если у предыдущего поколения бабушек и дедушек, которые жили в условиях послевоенного голода, были проблемы с перееданием, а они были, потому что нечасто приходилось есть, потому что был опыт голода, то есть вероятность, что у внуков эти признаки так или иначе проявятся. Сказать, что мы видим много детей, у которых бы было гармоничное питание, нельзя.

Много детей демонстрирует склонность к нарушениям пищевого поведения. Поэтому структура, границы нужны ребенку. Ребенок успокаивается и чувствует себя безопасно, когда он встречается с границами. Граница – понимание, что ребенок получит в прием пищи разнообразную еду, его никто не будет заставлять съесть все, он сможет съесть все, что ему нравится. Это понимание того, через какое примерно время он может получить еду. Это представление о том, что он свободно может съесть сладкое, если захотел.

Как влияет родительская тревога на питание ребенка?

Все это мы в силах детям организовать, если преодолеем, пожалуй, самое главное препятствие – нашу родительскую тревогу, наши диетические убеждения, страхи и нашу уверенность в том, что если ребенка не заставлять есть, он есть не будет. 80% родителей, которые обращаются к нам, уверены в этом.

Скажите, а вы видели когда-нибудь ребенка, который умер от голода, потому что он не ел? Если мы не говорим об экстремальных историях о родителях-веганах, которые пытаются кормить детей миндальным молоком вместо грудного или смеси, то за пределами этих историй все дети как-то выживают. Это значит, что у ребенка есть врожденная способность питаться, испытывать пищевой интерес, пробовать новое. Если ему не мешать, все будет в порядке.

Вторая проблема, которую озвучивают родители – если ребенка не ограничивать, он будет питаться только конфетам. Если оставить его в покое и на обед предложить мясо, макароны, картошку, масло, овощи, кисломолочные продукты и дать ему возможность выбирать, то очень скоро вы увидите, как ребенок начинает пробовать разное и подключать все больше и больше продуктов в свой пищевой рацион.

Поэтому очень важно преодолеть свои родительские убеждения, которые чаще всего связаны с нашими диетическими страхами. Если мы не можем оставить ребенка наедине с конфетами, боясь, что он будет есть только их, то мы транслируем: если Я не буду ограничивать себя в конфетах, то Я обязательно переем. Если такая проблема существует, то вы будете подсознательно ограничивать детей, потому что вы не доверяете себе, а значит, и собственным детям.

Сладкое в период пубертата

Как здорово, Светлана, Ваш эфир — всегда такой мощный заряд позитива. То, что нужно в ненастные осенние дни. У нас было все, как описано в анонсе: не давала сладости до 3 лет, потом по чуть-чуть зефира-мармелада, а шоколад и мороженое по большим праздникам. С 8,5 лет все ограничения сняла (сейчас 10 лет). На сладкое потянуло сына конкретно. Вес растет постоянно, иногда не так сильно, а иногда очень заметно, за сентябрь вот набрал 4 кг. Легализацию проводить не знаю как, потому что ребенок просто любит сладкое, практически все подряд, ничего выделить не может. Вот недавно сам попросил провести с ним эксперимент, кормить какое-то время только сладостями и больше ничем, а я сомневаюсь. Метаболически здоров, занимается плаванием и сражениями на мечах. За год вырос на 6 см, вес примерно на 10 кг. Что можно сделать сейчас в ожидании пубертата, а он у нас, судя по всем признакам, ранний. Своя полка есть, десерт в основные приемы пищи, вся еда удобная/пальчиковая, есть карманные деньги и возможность питаться вне поля зрения родителей, с друзьями и успеваемостью в школе все в порядке.

Мне кажется, то, чего немножко не хватает вашему ребенку, это структура. Он получает сладкое в основные приемы пищи. Если попробовать временно убрать личную полку и ввести сладкое только в основные приемы пищи – три десерта в день, то, скорее всего, мы увидим, как эта болезненная тяга к сладкому сходит на нет. Потому что детям бывает сложно удержаться от сладких продуктов не только потому, что это вкусно. Я специально поместила данные исследований  в статью-анонс для того, чтобы вы не забывали: дети хотят сладкого, потому что это помогает росту костей, потому что глюкоза необходима для мозга и по целому ряду других причин.

Но в первую очередь у сладкого есть два неоспоримых преимущества перед любой другой едой. Первое – это самый быстрый источник энергии, и дети это знают. Второе – сладкое чаще всего не нужно мыть, чистить и готовить. Абсолютно любой ребенок, когда ему нужно пополнить запас энергии, предпочтет ту еду, которую не нужно мыть и готовить или легко разворачивать. Может сработать стратегия заворачивать сладкое в 120 оберток, но это очень большая морока. Поэтому если у него будет другая еда, но такая же простая в употреблении, и при этом будет три приема сладкого, то через месяц-полтора эксперимента вы сможете обнаружить, что проблема решена.

Вместе с тем я бы сильно не беспокоилась, потому что не сладкое  является причиной того, что ребенок так набирает вес. Вероятнее всего, это его генетическая предиспозиция. Вероятно, он запрограммирован на то, чтобы быть крупным, расти ввысь и расти вширь, и ограничениями мы не сможем удержать этот рост, мы сделаем только хуже.

Сахар и кариес

Спасибо за тему! У меня один основной вопрос к сахару — кариес. Зубы у ребенка пока молочные, но уже один леченный, и передние все в кариесе, просто их, молочные, не лечат. Зубы чистит, сладкое ест охотно и много, если я в ресурсе и не в тревоге, то запретов на сладкое нет. Сын ест и другую еду, бургеры, суп и прочее, и белковое, и углеводы, и овощи, без режима, хаотично, по настроению. Но вот за зубы опасаюсь, к тому же растет младшая, и она тоже любит сладкое, хоть и меньше, у нее появились белые пятна на зубах, похоже на начало кариеса. Даю старшему в качестве добавки рыбий жир (он его любит есть с оливками, как ни странно), младшая его почти не ест. В общем, если есть информация по влиянию сахара на зубы — будет полезно.

У меня обычно три опорных пункта при ответе на этот вопрос. Пункт первый. На самом деле кариес и сладкое связаны не напрямую. Кариес и сладкое связаны через то время, которое еда проводит во рту человека. Если ребенок регулярно чистит зубы и ополаскивает рот после сладкой еды или просто запивает сладкое стаканом воды, то все в порядке.

Второй пункт. У моего старшего сына были довольно серьезные проблемы с кариесом молочных зубов, при этом нет никаких проблем с постоянными. Но когда я исследовала ситуацию с молочными зубами, я обнаружила, как и многие родители, что не сладкая пища является самой агрессивной для зубов с точки зрения разрушения эмали, а сладкие напитки. Самым ядреным оказался апельсиновый и яблочный сок. Поэтому посмотрите, насколько у ребенка в ходу сладкие напитки: кола, газировка. Может быть, причина отчасти в этом.

Третий пункт. Ребенок ест и другую еду, но кто сказал, что в ней нет сахара. Мы привыкли думать, что сахар только в конфетах, а в остальной нормальной еде его нет. На самом деле, он там есть, и его не меньше, чем в конфетах. Например, еда в упаковке. В стандартной порции (30г) фитнес-хлопьев Нестле содержится 2 полных чайных ложки сахара. Много сахара содержится в кетчупе и разных готовых соусах. И вы думаете, что добавленный сахар не разрушает зубы?

Когда ребенок ест конфету, он ест честную конфету, он получает свою честную чайную ложку сахара, и мы знаем, что она попала в организм ребенка, мы можем ее учесть. Когда ребенок ест макароны с кетчупом, сухие завтраки, он получает гораздо больше сахара, потому что мы никак не учитываем его количество.

Если речь идет о необходимых ограничениях из-за лишнего веса или кариеса, я бы использовала следующую стратегию. Скажите ребенку: «У тебя есть три приема сладкого в день, и ты можешь выбирать все, что угодно – конфеты, мармелад, печенье, но если ты ешь сухой завтрак, то это и есть сладкое. Если ты ешь кетчуп, то это считается твоим десертом». Ребенок может выбрать и таким образом принять свое решение.

16 надкусанных «киндеров»

Здравствуйте, Светлана. Меня зовут Татьяна. Моему сыну 4 года. Он постоянно просит «что-то сладенькое». До 3 лет никаких сладостей не давали. А потом понеслась. Каждый человек, приходящий к нам в гости, почему-то считал своим долгом принести ребенку киндер или шоколадку. Муж против и запрещает сыну есть сладкое каждый день. А он постоянно выпрашивает, особенно у бабушек и дедушек. Как-то мы решились на эксперимент с неограниченным количеством киндеров. Купили целую упаковку и сказали сыну, что он может брать сколько хочет. Но на 16-м открытом и надкусанном киндере мы не выдержали, отвлекли его и спрятали всё. Я в замешательстве. С чего начать?

Дорогая Татьяна, начать нужно с вашей собственной тревоги. Шестнадцать надкусанных киндеров для ребенка, которому до трех лет киндеров не давали, это нормальная стадия эксперимента. В четыре года у детей начинает развиваться формально-логическое мышление. Ваш ребенок вас испытывает, он не просто так надкусывает киндер, он еще смотрит на вашу реакцию. Вы реагируете, и ему это нравится, потому что нет проще метода привлечь внимание родителей, чем взять шоколадку и начать ее демонстративно поедать на глазах у недовольных родителей.

Важно понять, что ребенок вырос и вступил в мир «ужасного» сахара. Теперь нужно научить его с этим сахаром взаимодействовать. Ребенок постоянно просит что-то сладенькое – необходимо структурировать его еду. Важно, чтобы он знал, когда, как и при каких обстоятельствах он получит сладкое. Чтобы сладкое было обычной едой, которую не дают после супа или мяса, а которую дают в обычные приемы пищи и ее можно всегда выбрать.

Дети не в состоянии питаться одним сладким. Просто сейчас вы «ломаетесь» раньше. Поскольку я вижу в вашем вопросе очень много тревоги, а у папы еще есть диетические убеждения, я приглашаю вас к нам в Центр на Программу «План питания для детей», и в течение пяти-восьми консультаций для всей семьи мы разработаем структуру и обучим кормить ребенка.

Сколько сладкого можно в граммах?

Нужная тема! Собственно, все основные вопросы перечислены в записи. Но лично для меня актуально то, что касается объемов сладостей (не фруктов/сухофруктов) в день для ребёнка 3 лет. И надо ли что-то делать, если в иной день ребёнок, который неплохо ест всякого и разного обычно, целый день хочет только печенья и пастилу.

А разве у вас не бывает дней, когда вы хотите есть только печенье, пастилу и шоколад? Мы знаем, что это за дни. И у ребенка они бывают, хотя и не связаны с гормональными изменениями, а связаны с ростом, физической активностью, количеством сна и просто настроением. На самом деле, вы задали прекрасный вопрос об объеме сладостей. Ответ очень простой. Если мы с вами берем пакетик конфет или мармеладных мишек, или большую шоколадку, то там, где указана калорийность, есть размер порций. Порция может быть 30г или 50г  – в зависимости от  продукта. Для ребенка мы эту взрослую порцию делим пополам. Это один прием. Но это подход для зануд. Если вы не зануда, прикиньте, сколько примерно взрослый человек съедает конфет за чаем. Я вам подскажу: от двух до пяти, в зависимости от аппетита и размера конфет. Этот объем мы делим пополам и получаем то количество, которое съедает ребенок в один прием пищи. Ребенок в состоянии съесть и не переесть при этом 1-2 конфеты, 1-2 пряника, свою детскую горсточку мармелада или карамелек.

Почему ребенок не ест нормальную еду?

Ребенок сладкоежка (сахар ложкой будет есть с удовольствием). Да, из-за недостатка еды нормальной и голода. Но не потому, что ее ограничили или ее нет. А потому что сам ребенок наотрез отказывается есть адекватную порцию, мясо, творог, любые салаты и овощи. Можно разве что взять ложку и накормить (5 раз скажет, что уже не хочет, но съест и после ему станет ХОРОШО — прекрасное настроение, играться пойдет). Собственно вопрос: почему дите само морит себя голодом и что делать?

Спасибо за замечательный и очень правильный вопрос. На него есть простой ответ: потому что вы его заставляете. ВЫ берете ложку и начинаете кормить ребенка вместо того, чтобы сесть рядом с ним и наслаждаться своей собственной едой. Ребенок за столом должен быть занят своей едой, а вы – своей.

У вас за столом собралась семья вечером. Еда очень диагностична: по тому, как мы питаемся и как мы кормим друг друга в семье, очень много можно сказать об истинных отношениях. И если ребенка мы питаем насильно, то мы не заняты своей едой, ребенок не видит примера родителей, которые наслаждались бы едой открыто.

Нужно предложить ребенку еду и оставить его в покое. Да, первые несколько недель он не будет есть ничего, кроме десерта. Но если вы все это время будете есть все остальное, кроме сладкого, то ребенок задумается, что это они едят все, а я это пропускаю. Вы увидите, как медленно, но верно он начнет пробовать мясо, творог и другую еду.

Все эти рекомендации работают в том случае, если у ребенка нет детских расстройств пищевого поведения. Если вы подозреваете, что что-то не так: вес ниже нормы, вес регулярно снижается после болезни – в этом случае нужно обращаться к специалистам, чтобы структурировать питание.

Привыкание к сладкому

Спасибо за возможность получить ответы! Вы могли бы, пожалуйста, прояснить подробнее, как менять свой подход на интуитивный, когда уже сложились паттерны. Например, наш ребенок, конечно, любит и предпочитает сладкое, а основную еду она сама себе не положит и взять не может. Выходит, сладкое — это самый быстрый путь. При этом она редко просит основную еду сама. Я уже несколько раз делала такие эксперименты: если ей дать волю выбирать, она выбирает сладкое постоянно и понемногу ест только сладкое в течение дня и в конце дня ей может захотеться другой еды. При этом при длительных таких экспериментах постепенно она перестаёт любить другую еду, т.е. чем больше сладкого ест, тем больше она к нему привыкает… И тогда и завтрак сладким выбирает (блинчики с вишней, например, хоть каждый день).

Толерантность к сладкому повышается по мере того, как мы это сладкое едим. Чем больше мы его едим, тем больше хочется, потому что мы уже не насыщаемся привычным количеством. Если ребенку с нарушением пищевого поведения разрешить свободный доступ к сладкому, то мы попадем в ловушку. Когда ребенок ест сладкое, он чувствует себя лучше, решая свою проблему самым коротким путем, и не хочет пробовать ничего нового. Как он тогда узнает, что есть другая еда?

Введите, пожалуйста, структуру и начните предлагать ребенку разнообразную еду в три основных приема пищи. Оставьте сладкое для десерта в основные приемы пищи, сделайте трехчасовые перерывы между едой или приходите к нам в Центр на Программу «План питания для детей». Мы поможем вам справиться с этой проблемой. Ваш ребенок страдает не от того, что он чрезмерно любит сладкое, а от того, что у него нет границ, нет структуры, и он не знает, как с этим справиться.

Принцип разделенной ответственности – это то, что помогает родителям успокоиться в отношении питания детей, дать им возможность вырасти такими, какими их задумала природа. Не всех детей природа  создала худыми. Нет необходимости быть худым, чтобы быть счастливым, умным или успешным.

Если у вас есть трудности с тем, чтобы простроить питание детей правильно, в соответствии с детской пищевой пирамидой, то я хочу предложить вступить в группу «Детки и конфетки», которую веду я и другие сотрудники нашего Центра и где мы общаемся на тему питания детей.

Видеозапись эфира:

Похожие статьи:

Как научить ребенка питаться правильно?

«Детки и конфетки»: текст прямого эфира Светланы Бронниковой

Текст прямого эфира Светланы Бронниковой «Как помочь ребенку питаться правильно?»

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *